- Отец Володи - военный, точнее, работник Комитета Госбезопасности.
..
Он возглавлял тут местное отделение.
.. А сейчас пошел на повышение.
..
Вот так вот!
«О, мой Православный Бог! - подумал я тогда. - Как же так! Я дружил с сы-
ном гебиста, стукача, мусора, падлы! Как это могло случиться?! Он же мог все
рассказать обо мне.
.. о моем ноже.
.. о наших планах.
.. Моих планах! Пора
действовать, надо что-то делать.
.. Но что?! Боже, да он же, наверняка, все
знал - где царь, как там Земля.
.. и ничего, ничего мне не сказал! Сволочь!»
- Что ж.
.. - выдавил я из себя. - Повезло.
.. Вове. Он всегда был.
.. везучим.
- Да уж, - кивнул папа. - Горбатишься тут всю жизнь.
.. на этой фабрике!
Бл.дь!!!
Это был первый раз, когда отец при мне ругнулся. Вскоре я сам устроился на
работу и, к своему ужасу, довольно быстро стал походить на типичного рядо-
вого жителя Марса, жизнь которого состояла из ненавистной рабочей смены
и праздничных попоек. Но мечта о России продолжала жечь мое сердце; цель
начиналась там - в Ленинграде, нож лежал в столе, а душа рвалась ввысь -
назад, в березовый, зеленый край, где пахнет грибами после дождя, и у по-
косившихся изб сидят старушки и смотрят вдаль: на поля и золотые кресты
колоколен.
И однажды я не выдержал. Проснувшись рано-рано, до общего подъема,
я схватил самый большой кусок мела, нацепил скафандр и побежал к зда-
нию фабрики. Сейчас я понимаю, какая все это была глупость - но я боль-
ше не мог тупо гнить в своей Грязновке и ничего не делать, я должен был
начать борьбу.
Когда рабочие, матерясь после тяжелого сна, подошли к фабрике, они уви-
дели громадную надпись: «ДОЛОЙ ЦАРЯ!!! ДА ЗДРАВСТВУЕТ РОССИЯ!!!».
Я думаю, они ничего, конечно, не поняли, надпись быстро стерли, а мной за-
нялся отдел КГБ, который возглавлял уже не папа Володи Турищева, а какой-
то капитан Александр Иванов.
Он мгновенно меня расколол, да я и не отпирался. Я сказал ему все, что ду-
маю. Он выслушал, а потом почему-то отпустил меня домой.
Вечером пришли папа и мама, которых тоже вызывали, вслед за мной. Папа
был грустен, мама бледна.
- Отца выгнали с работы, - тихо сказала она.
- Но.
.. почему не меня? При чем тут папа?!
- Ты несовершеннолетний. Мы решили сегодня уйти.
- Уйти?! - задрожав, переспросил я. - Куда?
- Туда, - ответил папа, взмахнув рукой. - Мы, вообще-то, давно хотели.
.. Мы
больше так не можем.
.. Все эти скафандры, агрегаты, шлемы.
.. Мы хотим
стать призраками. Если они существуют. В любом случае, наша жизнь сейчас
- это не жизнь, а так.
.. говно! И если нам суждено умереть - мы лучше ум-
рем.
.. как настоящие русские люди, с гордо поднятыми головами, без всех
этих шлемов и питательных таблеток! Станем марсианами, раз так хочет Гос-
подь, раз Он решил, что наш дом - здесь.
..
- Мама! Папа! - завопил я. - Вы погибнете! Призраков нет! А если и есть.
.. Это
же окончательная капитуляция! Нас выперли с Земли именно для этого! Что-
бы мы как-то приспособились, чтобы у нас была синяя кожа, чтобы не было
пути назад.
.. И наш царь тоже этого хочет! А сам сидит сейчас где-нибудь у
русской реки и наслаждается закатом.
..
- Чушь, - сказал отец. - Царь здесь!
- Откуда ты знаешь?
- Я не знаю, - горько улыбнулся отец. - Но ты же помнишь? Я могу уповать!
- А я буду бороться!!!
В эту ночь они ушли.
Они покинули наш дом, взявшись за руки, и в скафандрах - об этом я их уп-
росил, чтобы не видеть сразу их смерти либо жуткого превращения.
И я остался один.
Больше я ничего не знаю о своих родителях, хотя мне говорили, что кто-то
иногда видел мужчину и женщину в набедренных повязках, которые быстро
пробегали вдали, у самого горизонта, с легкостью горных коз прыгая по ска-
лам. Вроде даже слышали их громкий, веселый смех и какой-то звериный
клич, а их кожа стала синей-синей, и волосы выгорели, превратившись в
бронзовую гриву, цвета гор в сиянии марсианского
восхода. Кто-то
расска-
зывал, что у них выросли крылья, и они летают, но во всю эту чушь я не ве-
рил, внутренне смирившись с тем, что нету у меня больше ни отца, ни мате-
ри, и ничто отныне не препятствует моей борьбе.
Я продал дом соседу, получил много водки, приобрел воды и консервирован-
ной каши и взял билет на рейсовый вездеход, следующий до Новосвердлов-
ска, с тем, чтобы оттуда напрямик отправиться в столицу.
Я перекрестился и поехал навстречу будущим ужасам своей судьбы. Но я был
счастлив тогда, о, мой Православный Бог!
Моя борьба началась!
6. Преступление
Я помню, как мы ехали тогда по бескрайнему Марсу, огибая вырезающиеся в
жидком, голубовато-желтом небе красные, остроконечные гряды гор, словно
пытаясь обнаружить где-нибудь там - за краем пустого окоема - человече-
ский мир с заливными лугами, свежим дыханием хмурого утра в измороси и
реальный ветер; мы ехали, будто бы надеясь, что где-то там есть некий про-
ход в русский уют - с валенками, печкой и запахом снега в сенях, куда ты вер-
нулся после долгих странствий в неизвестных чужеземных пространствах, в
которых нет ничего, кроме каменной стужи и вечной песчаной пыли, настыр-
но бьющейся, как птица, в стекло иллюминатора. Или в чудо верил я один, на-
пряженно смотрящий вперед, где так ничего и не менялось?.
.
Остальные люди спали в креслах; кто-то посапывал и кто-то похрапывал. О,
мой Православный Бог! Неужели им все.
.. все равно, все по х.ю - говоря по-
русски?! Может быть, поэтому нас так легко выперли с родной планеты? О,
мой народ! Что же нужно сделать, чтобы ты, наконец, проснулся?!!
В Новосвердловске, в каком-то пересадочном ангаре, я купил билет до сто-
лицы на вездеход, отправляющийся завтра, на рассвете, съел последнюю ба-
Р
азновидностей игры в Россию было много:
иногда я был Сталиным, а Володя —
немецко-
фашистским ОККУПАНТОМ, И ТОГДА Я
БРАЛ
Р
ейхстаг, а его расстреливал из автомата
К
алашникова
ночку каши, выпил полбутылки водки и уснул. Несмотря на то, что всю ночь
ревел кислородный агрегат, накачивающий воздух в ангар, постоянно броди-
ли какие-то люди и орал ребенок, я спал очень крепко и даже видел неболь-
шой сон, который тут же забыл, когда проснулся и обнаружил, что у меня ук-
рали весь запас водки.
Это было ужасно - я даже не мог теперь купить бутылочку воды! Вода на
Марсе - вещь очень ценная, хотя ее и нашли в огромном количестве в виде
мощных ледников, откуда, собственно, мы и получили воздух и вообще воз-
можность здесь жить. Но без водки у нас - никуда; вся наша жизнь держалась
на водке; не случайно именно из-за нее у нас и началось тут, на Марсе, хоть
кое-какое производство, и худо-бедно продолжалась эта дерьмовая жизнь!
Я вышел из ангара и встал, посмотрев ввысь. Солнце застилали мутные ту-
чи; где-то вдали клубился песчаный смерч; долина передо мной была крас-
но-коричневой в пасмурной полутьме, а справа возвышалась одинокая, зуб-
чатая скала. Я испытал отчаянье; слезы набухли под веками, разъедая глаза
своей горестной едкостью.
И тут - не знаю, что случилось: из-за скалы выбежала какая-то синяя яркая
тень, мгновенно примчалась ко мне, на миг замерла и положила на твердый
красный грунт небольшой предмет. Я испуганно отшатнулся, отвернувшись,
но затем заставил себя посмотреть. Улыбающееся лицо было таким прекрас-
ным, воздушным, искрящимся. Губы что-то шептали; прозрачные руки ука-
зывали куда-то вверх.
- Папа?! - неожиданно прошептал я.
Тень
немедленно вскочила, подпрыгнув в небо, образовала из себя какую-то
сияющую протяженность, похожую на большую птицу, если смотреть на нее в
61
предыдущая страница 68 ПТЮЧ 2003 04 читать онлайн следующая страница 70 ПТЮЧ 2003 04 читать онлайн Домой Выключить/включить текст