Алина
Я рос хилой пунцовой опасной креветкой.
Пугался хрустящих в болячках ножек.
По вечерам рыжая сквозь занавески-соседка
показывала мне ножик.
Я ел лимоны и от луковиц плакал.
Мечтал о мести над гороховым супом.
Надо мной шелушился старея папа,
обманывая, что был мнстругом.
Я не любил его за потньтй,палец,
за леденцы, пропахшие воблой.
Мне часто снился седой китаец.
Я превращался в вопль.
4 й
-
Когда он гнался за мной по лыжне,
одноногий убийца с глиной в кармане.
11о тому, как он говорит и дышит,
я узнавал в нем маму.
Мама утром целовала .меня слюнями.
Тесто бухло под батареей.
Я думал, что это глина. Пустыми днями
я боялся смерти и хотел быстрее.
Я убил попетая и был наказан.
Плакал в углу и китайца слышал.
Я знал, что из глины вылепят вазу
бросят меня туда и закроют крышкой.
Китаец прятался под кроватью.
Я дышал как рыба из пылесоса.
Потом на меня набросились братья.
Я смотрел как солнце течет из носа.
Однажды я выпил 13 таблеток.
Было скучно смотреть,телевизор.
Меня не любили сверстники: "Этот. -
кричали, - креветка, выжатая клизма".
В больнице меня пожалел мгжчина.
т
Взял к себе в дом. рассказывал мне о прошлом.
Он лепил большие вазы'из глины,
покупал мне одежду и был хорошим.
Я слепил на праздник в подарок лошадь.
Я спросил: "Красивая?" Он не ответил.
Он сказал, что теперь без меня не сможет.
Мы поклялись быть вместе до смерти.
Мы прожили 20 лет. Я забыл о детстве.
Мать умерла. Я смотрел, пытаясь
уловить раздвоенье. Но глаза убедили сердце -
Это была
мама, а не китаец.
Папа не захотел разговаривать поеле смерти.
Он все еще пах селедкой и разбухал от горя.
Я ушел от него. Я работы вместо
смотрел на друга, думал, хорошо, что нас двое.
Нас пригласили в город с другим названьем.
Там платили больше, ценя за работу.
Новый дом был чужим. Я лежал на диване
двое суток. Друг спросил меня: "Что ты?"
Мы одели костюмы и вышли в центр.
Многолюдье не стерло клыки улиц.
Моя жизнь как медуза теряла цельность.
Мне хотелось, чтоб мы вернулись.
Я упал на скамейку. Мне было плохо.
Я соврал, что голоден. Магазины
новых улиц убеждали в чувстве подвоха.
Я внял пространству и знал уже. что будущее необратимо.
Друг предложил прогуляться до ресторана.
Все кафе центральные были закрыты.
Мы прошли весь центр и добрались до окраин.
Я давился словами, но молчал как рыба.
Мы были не мы уже. Мне был знаком сценарий.
В мякоть медузы впился костяк романа.
Мозг узнал из обоих своих полушарий
ВСЕ. за секунду как мы открыли дверь Китайского ресторана.
Др\т купил вино, теребил этикетку.
"Неприлично, - подумал я. - ведет себя гнусно.
Я его ненавижу". Мне улыбались креветки.
Я смотрел в тарелку и не мог отвернуться.
Я хочу быть один. Я изменить пытался
грядущее, мыслью мешая годы.
"Здесь есть еще столик?" - "Нет" - официанта-китайца
голос был обязателен и
угодлив
.
Мама.
.. Я многое вспомнил сразу.
Я рос хилой пунцовой опасной креветкой.
...На столе ресторана стояла ваза.
..
...По вечерам рыжая сквозь занавески ножик показывала соседка.
..
Я дышал как рыба. Тошнил паштетом.
Мечтал о мести над гороховым супом.
За столом со мной обедает некто,
обманывающий, что был мне другом.
Ножик вошел в него обыденно словно в блюдо.
На столе стояла большая ваза.
Я старался быстрей, пока не увидят люди.
Толкнул его вн\трь. Он вошел луда сразу.
Я закрыл его крышкой, давил, натужась.
Свозь нее как мухи метались пятна
4
глаз. И когда я увидел ужас,
он меня убедил: и в одном и в обратном.
Ум застыл в точке пересечений,
В пункте обмена взаимообразной ложью.
В нем, имея бесчисленные значенья,
безвыборно созерцаю рыжей соседки ножик.
В справочнике по городу нет ни одного
китайского ресторана.
Полицейский уверенно отрицает:
"Вашего друга нет и не было! Это выдумка наркомана
пли безумца". Я бегу домой. Под кроватью лежит китаец.
Я живу один. Смотрю под кровать и вижу тайные знаки.
А сегодня я выпил 13 таблеток,
олтого что я ел лимоны и от луковиц плакал,
и рос хилой пунцовой опасной креветкой.
предыдущая страница 66 ПТЮЧ 1996 09 читать онлайн следующая страница 68 ПТЮЧ 1996 09 читать онлайн Домой Выключить/включить текст