Александр
Ильич
Петлюра
Тебе, конечно, стоит поговорить с Петлюрой. Вот у него сквот был настоящий. На Петровском бульваре, дом 12. Нет, я там не жил. Я
что, похож на ненормального?! У меня дом есть!.
. Петлюра занял несколько построек, стоявших на земле, которая до XVIII века при-
надлежала Высоко-Петровскому монастырю. Значительно позже в постройках № 12 располагались хозяйственные помещения фран-
цузского ресторана "Эрмитаж". В годы Советской власти там жили работники Общепита. Но вообще-то я тебе зря все это рассказы-
ваю, потому что Петлюра обидится. Он ведь о Петровском бульваре хочет даже книгу писать!.
.
Дождь вылизывает крыши домов, как маленьких черных котят. Кто-то мне говорил, что главное в сквоте - это чтобы не про-
текала крыша. “Тихо шифером шурша едет крыша не спеша." Смешно. В доме у Петлюры настоящий праздник: пани Броня спра-
вляет день рождения своей мамы, которой бы в этом году исполнилось 104 года.
-
Вмазалась уже? Водочкой-то вмазалась? - Петлюра допрашивает Броню. - Никого больше не буду пускать сюда с водкой! Кто бы это
ни был! У тебя водка с собой?.
. Тогда проходи на кухню.
Петлюра дает Броне чистый картон, чтобы та на какое-то время занялась рисованием, а сам ставит на плиту чугунный чайник. Потом выглядывает в окно, чтобы поемо-1
треть, как опера гоняют по двору наркоманов и проституток.
- Это я их вызвал. Невозможно спать! Я сначала пытался сам что-то сделать. Выходил по ночам, говорил: "Ребята, шли бы вы отсюда." Они мне: "А ты кто такой-то?.
.
Кто ты здесь?" Я им сразу: "Будем знакомиться, Александр Петлюра." И бац! - одному по лбу. Ну, да бог с ними!.
. Что ты хочешь узнать? Про Петровский бульвар я могу
тебе часами рассказывать.
В конце 80-х у меня была мастерская на улице Шшека. Но я все равно со своим другом Осадчием ходил по центру и искал выселенные дома. Одевались мы как работни-
ки РЭУ - в рабочие комбинезоны, чтобы в случае чего сделать тупые лица и сказать: "Извините, ошиблись адресом." У нас всегда были с собой инструменты: плоскогуб-
цы, гвоздодер, отмычки, а еще на всякий случай висячий замок. С Аркашей Нассоновым и Димой Лигейросом случилась очень показательная история. Когда их выгнали
из мастерской на Бауманской, они тоже искали помещение в центре - взламывали все подряд. Потом они жили у меня на Петровском.
Дом №12 на Петровском бульваре в 1990 году был практически пуст. Только на третьем этаже одного из домов жила семья, потомки француза Оливье, которому когда-то
принадлежали эти постройки. Прямо под ними, на втором этаже, мы нашли отличную квартиру, в которой, судя по окровавленным бинтам и шприцам, иногда ютились
наркоманы. Недолго думая, я повесил замок на входной двери и на следующий день уже приступил к уборке. Пришлось, правда, немного побазарить с этими трудными
подростками, которые до нас в этой квартире обитали. Ну, я одному из них по морде съездил - другие уже и не подходили.
Тогда я всем говорил, что мы с Мосфильма и ищем помещение для съемок. Многие верили. Абрамыч, муж Брони (они жили в^соседнем доме), даже повесил на нашей
двери маленькую табличку " З Д б С Ь
Ж И В 6 Т
М о с ф и л ь м
и
з л а я
с о б а к а '
. Я тогда Абрамычу сказал: "Будешь у ме-
ня писателем". Туг же съездил на Тишинку и купил ему настольную лампу и бумагу. А Броня стала художницей. Я их обоих подсадил на все это с помощью денег. Сна-
чала платил каждый месяц, а потом перестал. Они ведь так въелись во все, что по-другому уже жить не могли: Абрамыч мне каждую неделю приносил по книге, а Броня
до сих пор рисует.
В принципе, сквот заселялся постепенно. Сразу я пригласил туда жить только Сергея из Харькова (все называли его моим братом) и Катю Рыжикову с Сашей Дугиным
(группа "Север"). По мере того, как очищалась территория, народу становилось все больше и больше.
Сквот разрастался как снежный ком. В конце 1990 года у меня жили человек двадцать. Я отдавал мастерские только тем людям, которые, на мой взгляд, могли делать
что-то новое. Я не спасал молодых художников (что я, Христос, что ли?), а заинтересовывал их идеей некоего общежития творческих людей. Так у меня появился Нас-
танов, который сначала поселился в квартире у Брони, потом у меня. После того, как мы с ним стали ссориться из-за всякой бытовухи, он переехал вместе с Димой Ли-
гейросом в подвальчик соседнего со мной дома, где устроил Игорный дом. Игроки должны были надевать маски. Каждому доставалась своя карточка, в которой было
указано, какие аттракционы он должен будет пройти по правилам игры. Все аттракционы были направлены на то, чтобы выявить незащищенность человека от сильных
ощущений. С закрытыми глазами игрок дегустировал напитки, выпечки, которые Аркаша с Димкой сами готовили и еще многое другое. Потом они придумали Облачную
Инспекцию, стали регистрировать всех желающих по видам облаков. Я к ним редко заходил. Зато у них там постоянно торчали друзья: Лиза Кусакина, Эва Рухина, Саша
Дельфин и Маша Шилова. Выгнал я их, потому что они совсем не принимали участия в общественной жизни. Я им говорю: "У нас завтра субботник". А им как по одно-
му месту! Такого я стерпеть не мог. Уверен, что у нас на Петровском бульваре именно потому была такая хорошая энергетика, что мы всегда все делали вместе: устраи-
вали перфомансы, фестивали, убирали территорию, красили ворота.
Оля Солдатова всегда творила как-то несмело, по-женски. Но у нее всегда так красиво получалось! У нее были бусы изо льда. Ольга вообще хороший художник, у нее очень
тонкий вкус. У нее в мастерской постоянно находилась Шля Смирнская, изредка заходила Маша Цигаль. Они все мои ученицы. Без них на Петровке было бы неуютно.
А в 1991 году у нас появился некий Петя Чайник, который организовал первый кабачок. Потом этот кабачок перерос в клуб "У Петлюры". Между собой мы называли
это местечко "НямБур". Там все было очень дешево: пиво лишь на полтысячи или на тысячу дороже, чем в палатке.
Вскоре у нас на Петровском появился свой кинотеатр "Семечки", в котором в марте 1994 года прошел фестиваль экспериментального видео и компьютерной анимации
под кодовым названием "Бредущие сквозь тьму в полуночи". В нем принимали участие и те видеохудожники, которые жили на Петровском, и те, кто ни разу до этого у
нас не был. Всем очень понравились фильмы братьев Алейниковых - "Трактористы
П"
и "История любви Николая Березкина" (по картинам Олега ІЬлоссия).
Вот я тебе все это рассказываю, а ведь на самом деле все было не так гладко и хорошо. Приходилось драться за каждый метр. Например, с теми же казаками, которым
отдали квартиру потомков француза Оливье. Вообще, была настоящая война. А потом к нам "подселили" какую-то организацию "Мосметалл". Мы их и поджигали, и гра-
били. Одним словом, технично выселяли.
В 1994 году нам отрезали газ, а в 1995 - начали ломать дома (первым снесли дом, где жили Броня с Абрамычем). Сначала мы круглосуточно несли дозор, потому что нам
грозили выселением при участии милиции и т.п. А потом многие москвичи стали уходить домой "попить кофе" или "помыться горячей водой". И я понял, что все за-
кончилось.
Жалко. Потому что идея-то была отличной. Жить всем вместе, работать, устраивать праздники. У нас ведь был настоящий сквот: мы не платили ни за воду, ни за свет,
ни за телефон (а факсы, между прочим, пачками отправляли в разные страны). Если бы мы все вместе боролись за дом 12 на Петровском бульваре, то я уверен, что мы
бы его отстояли.
Сейчас можно, конечно, что-то сделать, но не с кем. Все стараются заработать побольше денег. Это нормально. Но слишком уж мелко.
..
предыдущая страница 32 ПТЮЧ 1996 12 читать онлайн следующая страница 34 ПТЮЧ 1996 12 читать онлайн Домой Выключить/включить текст