"Наркотики прекрасны, наркома-
ния омерзительна",
так, или при-
мерно так я однажды написал в од-
ном из своих сочинений. И написав,
тут же пустился во все тяжкие, стре-
мясь доказать своим личным, подо-
пытным примером эту прискорбную
формулу, что получилось у меня с
лихвой. Это даже привело меня к со-
мнениям по поводу изначальной по-
сылки: если наркомания столь чудо-
вищна и ужасна, может быть, и пре-
лесть наркотиков не так уж очевидна
и однозначна?.
. Впрочем, всё это
"большая философия на маленьком
месте, либо же, если хотите, малень-
кая философия на большом месте",
как сказал мне врач, избавивший
меня от последствий моего пагубно-
го экспериментального пристрастия,
о ком я, собственно, и хочу расска-
зать. За всё по-настоящему запрет-
ное и неуязвимое в самом своём
принципе приходится по-настоящ е-
му и полностью заплатить - всем
тем, что осталось по ту сторону. Мир
призрачной любви не приемлет ни-
каких компромиссов. Только выжив-
шие хоть как-то во благо могут ис-
пользовать этот страшный опыт. Но
как же выжить и пробить стену слад-
кого тумана, абсолютно отрезавшего
тебя от истинной энергии и реальных
миров? Чем дальше, тем невозмож-
нее. И все-таки мне повезло - до
сих пор не знаю, за что. В конце
концов, придя в кондицию характер-
ного наркоалчущего скелета, полно-
стью отъехавшего "за десять тысяч
световых лет от дома", я понял, что
оказался перед окончательным и
решающим выбором. Я думаю, что
всем, кому пришлось в жизни испы-
тать брачные узы опийного кайфа,
приходят к такой, почти незримой, но
отчётливой черте, когда возможны
Злиш ь два пути: или продолжать и ук-
реплять зависимость, без которой
немыслимо твоё нынешнее сущест-
вование, или затевать долгий, мучи-
тельный бракоразводный процесс,
заранее обречённый на провал в де-
вяносто девяти случаев из ста. Я
всё же решился бросить. Однажды я
сказал своему наркоманскому другу,
впоследствии трагически погибшему
в состоянии сильной ломки: "Вот, я
брошу, переломаюсь, всё вытерплю,
и мне будет хорошо.
.." "Нет, - пе-
чально отвечал он. - Хорошо тебе
уже никогда не будет. Так хорошо,
как ты сейчас привык. Тебе будет
по-другому. Так, как ты уже давно
забыл". "Да и ладно!" - воскликнул я
и принялся бросать. Когда на второй
день "кумара" я очнулся от полубес-
сознательного ужаса, я, конечно же,
вмазался, поняв, что честная бес-
компромиссность в этом деле не
очень оправдана. После этого я на-
чал бросать, используя любые дос-
тупные способы:наркобольницы,
врачи на дом, капельницы, транкви-
лизаторы, трамал, трамал, ещё раз
трамал, норфин, марадол и всё в та-
ком духе. В результате я практически
всегда достигал стадии физической
переломки, но был не в силах вы-
держать следующую за ней фазу
ломки психической: жуткую, ни на
секунду не прекращающуюся де-
прессию, кошмарную слабость и не-
отвратимое, вечное желание. О,
шприц, о наслаждение укола, о вели-
кий "приход"!.
.
"Сколько ангелов
умещаются на кончике иглы?"
как говорили мы после хорошей
"вмазки", перифразируя известный
софизм средневековых схоластов (в
оригинале, кстати, "демонов"). И я
начинал опять. И так всё и происхо-
дило - по кругу - бросаешь, начина-
ешь, и т. д. Когда, однажды, мне
вдруг удалось выдержать двухме-
сячный перерыв (огромный срок по
наркоманским меркам, но совер-
шенно ничтожный с медицинской
точки зрения], я решил, что вырвался
всё-таки из плена счастливых грёз.
Но потом вдруг - в один только миг -
испытав невероятнейшую, как гово-
рят врачи, тягу, тут же бросился к че-
ловеку и.
.. Через неделю вновь плот-
но сидел на героине. Я впал в отчая-
нье и подумал, что не выиграю этот
бой со священными цветами зла.
Вдруг мне позвонила одна знакомая,
которая сказала, что может мне по-
мочь, так как хорошо знает одного
врача, применяющего некую уни-
кальную методику, которая нигде
больше в мире не известна. За всё
время моего "стажа" я насмотрелся
стольких идиотских наркологов, как,
впрочем, и талантливых и даже вы-
дающихся, которых, правда, объеди-
няло то, что они никак не могли вы-
лечить человека от наркотической
зависимости, что я отреагировал на
это предложение скептически.
В конце концов я позвонил и догово-
рился о встрече с директором меди-
цинского центра доктора Зобина
(это
и есть тот самый гениальный врач!),
и в нужное время, вмазавшись
(кто
знает, вдруг в последний раз!)
хоро-
шей дозой героина, отправился к не-
му. Директор оказался обаятельным,
милым человеком, у которого, каза-
лось, не было и тени сомнения в мо-
ём излечении. Он объяснил мне, что
доктор Зобин блокирует специаль-
ным нейропептидом опийные рецеп-
торы, располагающиеся в мозгу, ко-
торые и воспринимают как собст-
венные опиаты - эндорфины и энке-
фалины, так и привнесённый извне
героин. А раз нет рецепторов - нет и
желания, поскольку более не суще-
ствует в организме структуры, кото-
рая может воспринимать наркотики.
- Процедура занимает всего где-то
полчаса. И всё. Мы не держим паци-
ентов по несколько месяцев или да-
же больше, в больницах, домах от-
дыха или колониях. Мы считаем, что
это бесполезно. Впрочем, Михаил
Леонидович вам всё объяснит. Когда
вы кололись последний раз?
Я сказал, что сегодня.
- Хорошо. Вам нужно выдержать без
героина двадцать один день - ре-
цепторы должны быть чистыми. Пе-
реломайтесь на чём хотите и как хо-
тите. Трамал можно только первую
неделю. Мы ждём вас!
Он назначил мне число, и я ошара-
шенно согласился. Впрочем, что я
теряю, - подумал я.
Двадцать один день я провёл в жут-
ком пьянстве и тоске, несмотря на
трамал и реланиум. Но потом про-
трезвел, как-то пришёл в себя и
приехал в назначенное время к док-
тору Михаилу Леонидовичу Зобину,
клиника которого располагается в
Одинцово.
Зобин был серьёзен и одет в белый
халат, как истинный врач.
- Вот мозг, а в его глубинах находят-
ся опийные рецепторы. На них по-
ступает эндорфин, это вы знаете.
Если же вы принимаете героин или
любой опиат, то им возбуждается го-
раздо большая площадь рецептора,
а собственный эндорфин перестаёт
вырабатываться. Рецепторы привы-
кают к этому повышенному возбуж-
дению и постоянно его требуют. Так
и возникает наркомания: если же вы
хотите бросить, следует известный
вам период острой ломки, которая
потом прекращается, но всё равно
опийные рецепторы постоянно пода-
ют вам сигналы: "дай, дай, дай", как
дымящиеся вулканы, которые так и
не удалось полностью потушить. И
вы опять возвращаетесь к кайфу,
который уравнивает нобелевского
лауреата с олигофреном.
- Значит, наркомания - это всё-таки
болезнь, а не просто порок? - спро-
сил я.
- На этой стадии, конечно, болезнь,
раз налицо биологические измене-
ния. Так вот: во всём мире применя-
ется метадоновая программа, кото-
рая является как бы способом отку-
питься от наркоманов - берите, мол,
что хотите. Другой метод - разного
рода психотерапия, программа "две-
надцать шагов" и всё такого типа.
- Это не для меня, - тут же заметил
я, вспомнив, как мне сказал один
знакомый наркоман с двадцатитрёх-
летним стажем: "Это всё не для тебя.
Ну, представь, что ты будешь посто-
янно говорить себе:
"Я - мудак, я
- мудак, я - м удак
..."
Тебе это
очень быстро надоест"
-
Кому-то это помогает, - пожал
плечами Михаил Леонидович. - И
третий способ - добровольно сесть
в
тюрьму: всякие коммуны, колонии.
..
Понятно?
- Понятно.
- Что предлагаем мы. Я когда-то
разрабатывал психотропное оружие,
потом не стало денег, наш проект
развалился, но мы занимались ре-
цепторами. Так вот, сейчас есть бло-
каторы рецепторов - небезызвест-
ный налтрексон, но его надо прини-
мать каждый день, потом, он не за-
крывает рецептор полностью, так что
желание всё равно остаётся, а при
употреблении повышенных доз ге-
роина весьма вероятна смерть от
передозировки. Мы же вводим по-
липептид, или нейропептид, подоб-
ранный к рецептору. Заряжаем его
электромагнитным полем - при этом
создаётся трансперсональное со з- ;
нание, похожее на действие ЛСД,
Би-Зет и других галлюциногенов - и
блокируем им все опийные рецепто-
ры мозга; ставим его, как пломбу на ;
больной зуб, заклеиваем рецептор.
\
После этого рецепторы отмирают,
становятся гладкими. Затем по- О
предыдущая страница 79 ПТЮЧ 1999 10 читать онлайн следующая страница 81 ПТЮЧ 1999 10 читать онлайн Домой Выключить/включить текст