■ Полгода назад в Томске упал воздушный шар (Птюч подробно об этом рассказы-
вал). Наш корреспондент Яна Жукова осталась жива и описала, что произошло с
ней после трагедии.
т
Уже в реанимации,
заколотая наркотическими обезболи-
вающими и прикидывающая, как бы скорее добраться до
Москвы, я умудрилась обратить внимание на красавцев-
врачей. "Какие мужики в Томске!” Если блядский глаз про-
явил себя в такой экстремальной ситуации, жить буду, -
дошло до меня.
Полтора месяца
в роли лежачего больного. Ты не только
спишь на спине. Ты каждую секунду живешь, лежа на спине.
Еще и на привязи, потому что нога на вытяжке. Ощущения
сказочные. Надо сделать компьютерную игру "Лежачий
больной". Чихнул и не умер от боли - 3 балла. Смог поесть -
5 баллов. Уснул без снотворного - 7 баллов. Пописал в ба-
ночку и не промахнулся
(девочкам это сделать особенно тру-
дно]
- 10 баллов и почетное звание Сабониса. Первый раз
залез на судно и, простите, посрал - 20 баллов. Жизнь ле-
жачего больного - это сплошная физиология. Кроме того, ты
абсолютно беспомощен. Практически ничего не можешь
сделать сам. Пришлось забыть про стыд и стеснение. Уха-
живал за мной папа.
С Компасом не виделись с реанимации. Связь поддержива-
лась ежедневно - наладили переписку. Кто что первый раз
сделал и как это было. В периоды частичного просветления
гениальный Компас ухитрялся даже писать стихи. “Привет,
Янусик, Тонкий усик, Витой волосок, Нежный голосок, Бар-
хатная ручка, Знатная сручка, Игривый глазик, Надтреснутый
тазик, Грациозна как кошка, Да, жаль, сломана ножка”.
Дней через 5
я вдруг стала все лучше слышать и ярче ви-
деть - в одну секунду. И в первый раз поняла, что, собствен-
но, со мной произошло.
Состояние шока прошло. Шок - это когда ты лежишь вся из-
ломанная, в грязи, и тебе все равно. Рядом горят люди, и те-
бе все равно. Кто-то кричит, что сейчас баллоны с газом
рванут на х.
.. тебе все равно. Тебя оттаскивают в сторону.
Там, где ты недавно лежал, что-то взрывается, - раз, два,
три, - тебе и это все равно. В таких ситуациях шоковое со-
стояние просто незаменимо.
Мой мир
ограничивался кроватью. Перед глазами - собст-
венная нога с просверленной пяткой, к которой привязано 6
кг груза, стена, двери и кусочек коридора, по которому про-
гуливаются ходячие. Сломанные руки и ноги, костыли, гипсы,
аппараты Елизарова на конечностях. “Одни калеки по кори-
дору ходят. Смотреть противно", - говорила я, не имея воз-
можности даже встать с кровати. В палате еще 6 человек. Я
их не вижу, потому что лежу у входа, а они все где-то за спи-
ной. Я слышу только голоса и пытаюсь представить их лица.
Настоящая психоделика. Соседок выписывали, они пропол-
зали мимо меня. Тогда я могла рассмотреть их - женщины
выглядели совсем не так, как я их себе представляла. Виде-
ла я только соседку справа - бабу Феню, 91 год от роду. "Я
не могу ходить в туалет без слабительного с 27-го года.
..” И
все такое.
Конечно, было немного обидно.
Приехали в город на су-
тки, остались никто не знает на сколько. Но, наслушавшись
историй, кто-почему-сюда-попал, поняла: наша - самая ро-
мантическая. Воздушные шары не каждый день падают.
Упала с лестницы, на ровном месте, из окна, сбила машина,
автокатастрофа - это все банально. Не банален был сосед
Компаса дядя Боря
(Копперфилд].
Упал с дерева кедр. Вы-
сота 40 м. Остался жив.
Примерно через 3 недели
я уже могла как-то взаимодей-
ствовать с реальностью. Тогда-то до меня докричались из
мужской палаты напротив. Они уже знали, что я московская
журналистка, упавшая на воздушном шаре. Не знаю, кто это
придумал - располагать женщин напротив мужчин. Отныне
двери в нашу палату были открыты. Мое сознание расшири-
лось до пределов палаты напротив. Перед глазами постоян-
ный зоопарк.
Мой главный ухажер Андрюха лежал прямо напротив меня, \
него были сломаны обе ноги. Симпатичный, насколько я
могла видеть, побритый налысо. Он стал мне настоящим
другом. Отдал телевизор, постоянно посылал гостинцы. Мы
перекрикивались и переписывались. Он писал мне длинню-
щие малявы
(к 26 годам успел отсидеть].
К тому же он тор-
чал. И теперь, в больнице, оказался в еще более болезнен-
ном состоянии. Я, как могла, вошла в его положение, отда-
вала свое обезболивающее и снотворное, поддерживала
морально. “Как мне повезло!" - кричал он. Я узнала о нем
все - очень интересный типаж. Я всегда чувствовала, если у
него было плохое настроение. Мы прямо-таки сроднились. Ь
тут уже стала угнетать невозможность преодолеть каких-то
несколько метров коридора и просто прикоснуться к челове-
ку. От этого сносило голову. Он выписался в день моей опе-
рации. Я лежала вся уколбашенная после наркоза. Андрюха,
с двумя загипсованными ногами, умудрился залезть в крес-
ло-коляску и приехать ко мне. Мы посмотрели друг на друга
вблизи и пожали руки. Что это было за рукопожатие!
Помимо друга Андрея в их палате у меня появилось еще
трое персонажей. Один романтический, другой эротический,
третий - для ума.
На романтического героя я положила глаз еще до Андрюхи.
Молоденький, высокий, очень даже ничего. К тому же он хо-
дил. На костылях, конечно, в гипсе, но ходил
(строгая иерар-
хия ходячих и лежачих, ходячие - почти боги].
Я уже собра-
лась написать ему записочку, но как раз познакомилась с
Андреем. Написала так: “Симпатичный у вас мальчик на вто-
рой кровати справа, передавай ему привет”. “Костя к тебе
завтра придет", - крикнул мне вскоре Андрей. Костя так и не
пришел, лишь исполнил пару раз роль почтового голубя,
□казалось, ему было всего 17
(такой лось!],
и он был слиш-
ком застенчивым. Мы только все время переглядывались.
Эротическая явь
настигла меня неожиданно. Когда его
привезли, у него первое время не было одежды и костылей.
Он постоянно скакал у меня перед носом на одной ноге в
трусах и гипсе. Я люблю худощавых мужчин. Он в свои 38
являлся счастливым обладателем стройного натренирован-
ного тела. Круто, крошка! Конечно же, я не преминула сооб-
щить Андрею, что пребываю в восторге от ежедневного
стриптиза. Боря допрыгивал до коляски и ездил туда-сюда
по коридору, красуясь передо мной. Как-то заехал за теле-
программой, но близко подъезжать не стал: “А то еще разо-
чаруетесь". Я стала судорожно представлять себе, возможен
ли секс в ситуации, когда он с гипсом, а я лежу на вытяжке, к
тому же со сломанным тазом. Вариантов не было, фантазии
приняли мучительный характер. Как-то в пятницу вечером,
изрядно набравшись, Борян осмелел и приехал ко мне. Вро-
де бы за сигаретой
(в пятницу вечером бухало все мужское
население больницы, кроме тех, кто лежал в коматозном со-
стоянии. На следующий день в коматозе пребывали все
мужчины].
Вечерняя расслабленность, приятный полумрак.
Уселся на стул рядом, закурил мой Davidoff. Завязалась бе-
седа. Через какое-то время раздался взволнованный крик
Андрея: "Борян, ты чего там так долго? Давай возвращай-
предыдущая страница 54 ПТЮЧ 2000 04 читать онлайн следующая страница 56 ПТЮЧ 2000 04 читать онлайн Домой Выключить/включить текст