Я не собираюсь учить вас надевать презерватив - для этого существуют инструкции. Я также не хочу советовать
вам предохраняться - надеюсь, вы и сами не хотите умереть. Я просто хочу сказать, что именно в нашей стране
СПИД - это не только медицинская проблема. И даже в последнюю очередь медицинская - в России не много
народу, который может заплатить 24 тысячи долларов в год за то, чтобы продлить себе жизнь (даже не выле-
читься!). У нас это проблема сознания, а сознание у нас примитивное. Наверное, поэтому нам обещают судьбу
Африки, которая давно обречена (заражены 70% (!) населения), с той только разницей, что они в основном тра-
хаются (вирус передается половым путем), а «мы» в основном колемся (то, что одноразовые иглы спасают, - ил-
люзия. Посуда-то одна). Только за первые семь месяцев 2 0 0 0 -го года новых зараженных стало больше 23 ты-
сяч (внимательно - за полгода!), и 90% (!!!) приходится на заразившихся через иглы, как утверждает Министер-
ство здравоохранения.
Меня удивляет вот что. Первый случай ВИЧ был зарегистрирован в 1987 году. 13 лет назад! Ненамного позже,
чем на Западе. И там, и здесь прошел шум, СПИД стал «острой» темой, Элизабет Тэйлор с Элтоном Джоном со-
бирали деньги и так далее. У них все закончилось тем, что количество зараженных и больных стабильно - не рас-
тет, не падает. Предложить заняться сексом без резинки для них то же самое, как предложить перейти реку, ки-
шащую пираньями. Недавно западноевропейские журналы даже начали печатать статьи о том, что многие снова
начинают заниматься сексом без презерватива, потому что риск заразиться, такая «русская рулетка», обостряет
чувства. ОНИ от этого в шоке. Для НАС это норма. Почему? «Это связано с русской психологией, -
считает Дарья Алексеева из некоммерческого партнерства поддержки гражданских инициатив
«Фокус», занимающегося проблемой СПИДа. - Для русской женщины редко существует отноше-
ние к партнеру как к «одноразовому». Для нее мужчина, с которым она хочет переспать, автома-
тически становится постоянным, и ему можно доверять. Мало того, многие партнеры, которые
первое время отношений пользуются презервативами, часто перестают ими пользоваться, когда
их отношения становятся постоянными. Но ведь у обоих до этого была другая сексуальная жизнь,
поэтому, решив перестать предохраняться, они должны сначала провериться. У нас этого почти не
делают, а бегут проверяться, когда уже поздно».
____________
Дарья Алексеева знает, о чем говорит. «Фокус» вместе с гуманитарной медицинской организацией «Врачи без
границ» (именно они организовали в 19 9 7 -м кампанию «Безопасный секс - мой выбор» и в 19 9 9 -м - «Разум-
ный человек - разумный выбор») провел исследование, которое говорит о том, что нас ждет все-таки африкан-
ский путь, а не западноевропейский. Несмотря на то, что выросло целое поколение, которое с раннего детства
знает о СПИДе, стойкий процент (всего опрошено было 1 2 0 0 москвичей, то есть, самые более или менее «про-
двинутые» от 15 до 25 лет) отвечает, что раз больше всего заражаются через иглы, риск заразиться при сексе
минимальный. Да откуда ты знаешь, что твоя нынешняя девушка не переспала хотя бы раз с человеком, который,
опять же, хотя бы раз не вводил иглу в вену? Проблема же состоит не только в том, чтобы не переспать с челове-
ком, который бахается сам. Один такой человек может заразить кучу народу через секс.
___________
Я недавно прочитал очередную русскую статью о СПИДе, в которой была описана очень «трогательная» (видимо,
такой ее считают авторы) история. Инфицированная девушка рассказывала о «великой истории любви», когда ее
здоровый молодой человек так ее «любил», что занимался с ней опасным сексом. Эта девица меня потрясла.
Детка, почему бы тебе не закупить презервативов, тебе что, этого идиота не жалко? Вы вообще когда-нибудь
встречали нормального западного человека, который мог бы оказаться в такой ситуации? Девочка, это даже не
обсуждается - надевать или не надевать. Марш в ближайшую аптеку и перестань рассказывать истории «про
любовь».
Наши истории о СПИДе приводят к одному - люди считают, что все это происходит на другой планете, где угодно,
но только не рядом с нами. Например, когда на Западе умирает вроде еще недавно здоровый молодой человек,
первое, что приходит в голову его знакомым - СПИД или какая-то другая неизлечимая болезнь. Мы же привыкли,
что у нас молодые люди умирают в основном напившись и выбросившись с балкона. Для нас угрожающе увели-
чивающиеся цифры заразившихся ничего не будут значить, пока СПИД совсем не будет где-то рядом, среди
знакомых. В нашей стране есть еще одна проблема. Государство очень бедное. Мало того, что у нас мало кто
имеет полноценные страховки, как на Западе, все эти громадные суммы на лечение каждому больному приходит-
ся платить из своего кармана. Если больного лечить, он может прожить довольно долго - с ВИЧ можно протянуть
и лет 15 (правда, это редкость), что, согласитесь, не так плохо для человека, больного неизлечимой болезнью.
Обычная же стадия от заражения до смерти - около 3 -х лет, и при русской нищете мало шансов, что наши боль-
ные в состоянии протянуть дольше. А теперь представьте положение зараженного человека. Мало того, что он
живет с осознанием своей обреченности. Несмотря на то, что государство на бумаге берет на себя его лечение, у
него все равно нет денег его оплатить. Больному остается только одно - выпасть из жизни или скрывать на рабо-
те свою болезнь, чтобы не стать изгоем (наша неосведомленность в том, как на самом деле передается ВИЧ, на-
столько велика, что, например, треть опрошенных «Фокусом» и «Врачами без границ» считают, что есть риск за-
ражения при рукопожатии. Извините, когда вы жмете кому-то руку, вы что, обмениваетесь жидкостями?).
Когда у нас только появилась первая информация о СПИДе, считалось, что это болезнь геев и наркоманов, кото-
рых стали называть «группой риска». С тех пор многое изменилось, и процент новых заразившихся среди геев
очень низкий - они гораздо реже, чем гетеросексуалы, занимаются опасным сексом. Среди первых жертв СПИДа
действительно было много гомосексуалистов, и болезнь так долго ассоциировалась именно с анальным сексом,
что вот уже долгие годы презервативы лежат на прикроватном столике любого гея чаще, чем книжка на ночь.
Сейчас геев даже можно не считать группой риска - в отличие от ВИЧ-инфицированных матерей, например -
известно, что в России уже 3 6 0 детей родились зараженными.
В русской ментальности заложена еще одна неприятная особенность. В последнее время газеты, озабоченные
«разоблачениями», часто пишут о том, что некоторые компании зарабатывают на проблеме СПИДа деньги, фи-
нансируя антиСПИДовские компании. Русский народ не только не любит, когда говорят логичные, полезные ему
вещи («Предохраняйся» - «Ну уж нет. Назло вам не буду»). Он не любит, когда другие зарабатывают больше него.
Он во всем чувствует подвох - так, на плакате этой «некоммерческой» акции стоит название западной фирмы?
Люди обогащаются на болезни! Слушайте, почему бы вам не перестать считать чужие деньги и не заняться соб-
ственным здоровьем, тем более что нет ничего страшного зарабатывать и параллельно бороться со СПИДом?
Это еще одно подтверждение того, что в нашей стране СПИД - скорее психологическая проблема, чем медицин-
ская. И я не знаю, сколько еще должно родиться поколений, чтобы все стало наоборот.
предыдущая страница 57 ПТЮЧ 2000 10 читать онлайн следующая страница 59 ПТЮЧ 2000 10 читать онлайн Домой Выключить/включить текст