Он достал из рюкзака батончики в хрустящих
обертках и выложил на маленький столик. Мы с
очкариком взяли по одному. Батончики, говори-
лось на обертке, сделаны из зерен и сушеных фру-
ктов. Молча пожевали.
- Ну, ладно, - приступил парень в кедах (он, види-
мо, выполнял функции организатора.) - Вот тебе
анкета, заполни. Меня зовут Тим Доуни.
- Я Марина Смородинова, - представилась я и на-
чала заполнять анкету.
- А я Леонард Коэн, можно Лео, - сказал очкарик.
Все опять замолчали.
Начав терять терпение, я приступила:
- Вы, когда собираетесь, об атеизме говорите?
Тим пожал плечами:
- Да о чем угодно говорим - о чем разговор завя-
жется. Еще планы обсуждаем. Мы выпускаем ате-
истический листок, рассылаем по и-мейлу. Вот у
нас скоро будут дебаты с христианским клубом, ты
приходи обязательно.
Снова возникла пауза. Я не знала, что сказать.
Коллеги-атеисты сидели спокойно, покачивали
ногами. Тим выглядел так, словно сидеть и ниче-
го не делать - самое что ни на есть поглощающее
занятие, а особенная невыразительность малень-
ких бесцветных глазок Лео подсказывала, что
спрятавшийся за ними хозяин и вовсе блуждает в
других мирах. Он, наконец, вернулся и поддержал
разговор:
- А ты бы хотела об атеизме поговорить?
- Ну да - иначе зачем бы я сюда пришла?
- Мы обычно рассказываем, когда приходим в
клуб, что нас привело к атеизму.
Последовали выжидающие взгляды в мою сто-
рону.
- Про меня и так можно догадаться. - Я устрои-
лась поудобнее, довольная тем, что беседа все-та-
ки возникает. - Выросла в Советском Союзе, о ре-
лигии знала только, что она является опиумом для
народа. Это Ленин так говорил. Ну и самые про-
стые вещи - религия, это когда в бога верят и в
церковь ходят. Потом, уже когда с религией мож-
но было поближе познакомиться, у меня такого
желания не возникло. В общем, не случилось ни-
чего, что могло бы привести меня к каким-то та-
ким идеям.
.. А как насчет вас?
Теперь была моя очередь смотреть испытующе.
Вообще, наш разговор своей церемонностью и де-
ловитостью очень напоминал какую-то официаль-
ную сессию, состоящую из взаимных вопросов и
ответов и словно имеющую целью быть запрото-
колированной в отчетности, вне зависимости от
содержательности произошедшего. Тим откаш-
лялся, рассмотрел один из своих кедов, проверив
на прочность скотч путем потягивания за отклеив-
шийся конец, потом взъерошил волосы растопы-
ренными пальцами и рассказал:
- У меня родители были хиппи, жили в коммунах
по всей стране. Они мне никаких убеждений не на-
вязывали. Сказали - хочешь, верь в бога, не хо-
чешь - не верь. Как сам решишь. Я не нашел ни-
чего, что убедило бы меня в существовании бога
хоть чуть-чуть.
Говорил он веско и с достоинством. Лет ему, на-
верное, было около восемнадцати. Закончив, он, в
свою очередь, посмотрел на Лео. Тот серьезно,
как на интервью, продолжил:
- У меня все не так просто. У меня с семьей проб-
лемы из-за того, что я атеист. Я еврей, но отверг
иудаизм. Уже не помню, я, по-моему, с детства его
не принимал. А потом стал заниматься теоретиче-
ской физикой - физика не очень-то вяжется с ве-
рой. Теперь как ни семейный обед, так какая-ни-
будь неприятная история.
Редкие рыженькие волосики Лео растрепались: он
стал похож на худенького, трогательного кролика,
хотя был вовсе не худеньким. Я отчего-то вдруг
умилилась до слез, как старуха; помолчала, бла-
женным взглядом приклеившись к Лео, и внезап-
но выпалила то, что все время вертелось у меня в
голове и преследовало меня:
- А у меня кризис. Я, кажется, начинаю верить в
бога.
Тим и Лео оживились:
- Почему?
Я ощутила, что в голосе у меня сейчас появятся
жалобные, плаксивые нотки - и не ошиблась.
- Да у меня жизнь буквально за несколько дней
рассыпалась - по всем направлениям. Вот я и по-
думала, что это меня бог наказывает.
Тим и Лео отнеслись к моим словам по-деловому,
как к любопытной научной информации.
- Ну, это еще ни о чем не говорит, - резонно заме-
тил Тим. - Жизнь у всех когда-нибудь рассыпает-
ся, и только немногие готовы принять за это ответ-
ственность, а не перепихивать ее на бога.
- Ты не совсем прав, - перебил Лео, поправив оч-
ки. - Такие люди тоже, в своем роде, принимают
ответственность на себя, когда считают, что бог их
наказывает. Они согрешили - за это наказание.
Тим поморщился:
- Это понятно. Но все же это не та ответствен-
ность. Это мнимая ответственность, иллюзорная.
Настоящая ответственность - это когда человек
силен настолько, что может себе признаться: от
него в жизни зависит очень мало, а в том малом,
что все-таки зависит, он все прохлопал ушами,
оказался трусом, и ни хрена у него поэтому не по-
лучилось.
Я насупилась:
- То есть в том, что у меня все развалилось, я са-
ма виновата.
- Это надо по пунктам разобрать, чтобы можно
было хоть сколько-нибудь определенно сказать. -
Когда Лео говорил, глаза его следовали по опре-
деленной траектории: быстрые взгляды на обоих
собеседников, потом по всему периметру помеще-
ния, потом - небольшая остановка где-то внутри
себя. - Так сразу сложно ответить. Ты пример мо-
жешь привести, если не очень личное?
Я откинулась на спинку дивана, приготовившись к
содержательной беседе:
- Да я могу и личное рассказать - что тут такого.
Вот, к примеру, я уже два года замужем. Отноше-
ния с мужем становятся все хуже и хуже, хотя я
изо всех сил пытаюсь их улучшить и все время оп-
равдываю мужа в своих глазах - и его пьянство, и
гуляния, и мизантропические настроения, когда он
со мной по пять дней не разговаривает без всякой
причины.
Мои собеседники слушали внимательно, но от-
странение и безучастно, будто опытные и устав-
шие от жизни врачи. Как раз эта отстраненность и
подбадривала меня, давая уверенность в объек-
тивности слушателей. Я продолжала:
- Я теперь вообще-то в Москве живу - сюда при-
летела доучиться последний семестр. И с этой по-
следней поездкой очень много связывала. А меж-
ду тем ни одна моя надежда не оправдалась. На-
чиная с мелочей, у меня ничего не выходит, разо-
чарование за разочарованием. Самое глобальное:
с осени я собиралась учиться на художника, и вы-
яснилось, что не смогу - средств нет. Вместо это-
го нужно будет работать. Это для меня - удар.
Я выразительно вскинула глаза, приложив к своим
словам, на случай их недостаточной убедительно-
сти, некий пронзительный, душещипательный эф-
фект. Но мои собеседники, похоже, не сильно впе-
чатлились. Тим скептически пожал плечами:
- Не вижу ничего особенного. Извини, конечно, но
у меня такое постоянно. Деньги хронически отсут-
ствуют, приходится себе во многом отказывать.
Но я привык уже, и ты привыкнешь. Это жизнь, вот
и все.
Мне стало обидно. То есть я всего лишь избало-
ванная маленькая стерва, и поэтому ко мне можно
снисходительно относиться. Впрочем, может быть,
я просто не умею адекватно передать происходя-
щее со мной, и оттого мои беды кажутся им пле-
выми?
- Это еще не все, - добавила я, стараясь скрыть
возмущение. - У меня в организме нашли один де-
фект, придется делать операцию и всю жизнь
жить на таблетках.
К концу предложения мой голос выдал попискива-
ющую трель - так себя стало жалко. Я предчувст-
вовала еще одно неумолимое замечание в свой
адрес.
- I'm sorry, - посочувствовал Тим. - В этом хоро-
шего, конечно, ничего нет, но я все равно не вижу
логики в твоем решении, что это рука бога.
Я растерялась. Быстренько порылась в архиве
своих размышлений: как я достигла данного выво-
да? Не сумев воспроизвести ход мыслей, привед-
ший к этому важному заключению, я пробормота-
ла:
- Ну как.
.. Взять хотя бы то, что все со мной случи-
лось одновременно, как лавина - словно бы спе-
циально, чтобы навести на мысль.
Видимо, это прозвучало глупее, чем содержалось
в моей голове: Тим и Лео улыбнулись, совсем уже
не официально, переглянулись понимающе.
- Я как ученый могу сказать, - начал Лео, - что это
всего лишь совпадение. Гораздо больше нужно
для того, чтобы вывести закономерность. Это че-
ловеческий мозг все время пытается подвести все
к системе. Два раза увидел одно и то же - значит,
закон. Ты вот философию изучаешь, помнишь,
Юм говорил: если солнце уже двадцать веков под-
ряд вставало каждый день над Землей, отсюда
еще не следует, что оно встанет завтра. Вероятно,
что встанет, но не больше. В мире гораздо больше
хаоса, чем нам кажется.
Я задумалась. Да, действительно, чего это я рас-
кисла. Тоже мне. Стыдно даже. И что только они
обо мне подумают: не получилось что-то, а она
нюни распускать. Мне на самом деле стало стыд-
но, и беды мои сейчас показались смешными и
жалкими.
Нет, подумала я, не могут они быть смешными.
«
ПТЮЧ Connection 06 2001
71
предыдущая страница 67 ПТЮЧ 2001 06 читать онлайн следующая страница 69 ПТЮЧ 2001 06 читать онлайн Домой Выключить/включить текст