ФАШИСТЫ
КОРОТКИХ
ШТАНИШКАХ
СІЕАМІЕ
Почти 20 лет тому назад я пришел на урок в свою районную среднеобразовательную школу имени
разведчика Рихарда Зорге. И на перемене друг Тимоха шепнул мне где-то возле туалета: «Слышь,
Санек, вчера-то на Ленинском проспекте за фашистом гонялись!». «Как? Кто? Где? За каким фаши-
стом?» - изумился я. «А он на мотоцикле несся в сторону центра, в коричневой рубахе, со свасти-
кой на рукаве, и знамя на палке развевалось, а на знамени тоже свастика! - горячо зашептал Тимо-
ха, волнуясь и оглядываясь. - А за ним милиция на трех машинах, с сиренами и мигалками! Но он
умчался от них - выскочил на разделительный газон, и поминай как звали!» - «Откуда же он взял-
ся?» - «А фашисты есть! - убежденно кивнул Тимоха. - Слышал, как они на Красной площади де-
монстрацию устроили в день рождения Гитлера? То-то!»
Секира П еруна, ка к пт ица, лет и , секира П еруна!
Сметая врага со свящ енной зем ли
секира П еруна!
Блеском м ет алла ст рану защ ит и
секира П еруна!
Секира П еруна, секира, лет и !»
Группа «Секира Перуна». Секира, лети!
Я действительно что-то такое слышал. И потому
сразу поверил. Да и заворожил мое воображение
образ несущегося на ревущем мотоцикле молодо-
го знаменосца, тем более Тимоха клятвенно уве-
рял, что «сам видел из окна» - а жил он на вто-
ром этаже с окнами на проспект.
Пару лет спустя с товарищами по дому мы вовсю
играли в «фашистов» - навыдумывали себе имен и
званий типа «группенфюрер» и «оберштурмбан-
фюрер», собирались на лестнице по вечерам, были
у нас еще документы нарисованные, погоны, ка-
кие-то карты. В общем, это на нас фильм про
Штирлица так повлиял и его гипнотическая эстети-
ка. Роль этого телесериала в распространении
культурных находок Третьего рейха на граждан
СССР мало изучена. И дело не только в том, в ка-
кую красивую форму одели костюмеры любимых
советским народом артистов Тихонова, Табакова,
Броневого и пр. Тут что-то глубже, тут что-то на
уровне подсознания.
.. Но про подсознание как-ни-
будь в другой раз.
Меня самого обозвали фашистом уже в другой
школе и гораздо позже. Это случилось в пере-
стройку. Явившись на урок литературы со сбриты-
ми висками (а края еще и зеленочкой подправил!),
получил порцию ругани и ора от Марьи Петровны -
толстой, неуравновешенной дамы, кидавшейся
учебниками и классными журналами. «Фашист!» -
крикнула она мне и выгнала вон, запретив прихо-
дить, пока не отрастут волосы. Другие учителя как-
то не обратили внимания. А на литературу я потом
неделю честно не ходил. Хотя меня тогда удивил ее
наезд: я-то брил шевелюру под воздействием рас-
сказов товарищей о панках и Sex Pistols! А еще в
1984 году, когда мама взяла меня с собой в ГДР,
где я впервые увидел этих самых панков (на при-
вокзальной площади в Потсдаме), я спросил: «Ма-
ма, это что - фашисть!?» - «Нет, сынок, это панки».
Так что про разницу между теми и другими я точно
знал. Хотя в чем она заключалась, вряд ли бы смог
объяснить громогласной Марье Петровне.
Сейчас, наверное, я бы сказал так: «Вы ошибае-
тесь, уважаемая Марья Петровна! Я не фашист, а
панк, а панки - анархисты, а анархисты с фашиста-
ми идейные враги, потому что одни - ультралевые,
другие - ультраправые!» Но сейчас я уже не панк,
хотя порою и выбриваю на голове всякое непотреб-
ство. Кроме того, сейчас мои взгляды на мир и дан-
ную проблему более сложные. Ибо я знаю, что
крайности сходятся, и между панками и фашиста-
ми гораздо больше сходства, чем они сами знают.
Хотя некоторые из них - знают. И лучший пример
тому - партия нацболов Лимонова, соединившая
красное и коричневое и заменившая в нацистском
знамени свастику в белом круге на красном фоне
на черный серп и молот. Лимонов, бывший завсег-
датай клуба CBGB и приятель группы Ramones, про
панков знает не понаслышке. Жаль его, как жаль
всякого, кто попадает в Лефортово. По-человече-
ски жаль. Потому что идеи у него совершенно бес-
человечные. Тот, кто всерьез хвалится участием в
групповом изнасиловании в Боснии, кто всерьез
требует называть себя Вождем с большой буквы и
придумывает для своих подчиненных лозунги типа
«Да, смерть!» - тот действительно должен или уме-
реть, или сесть в тюрьму. ИЛИ ВЗЯТЬ ВЛАСТЬ В
СВОИ РУКИ - ТОТАЛЬНО И БЕСКОМПРОМИССНО.
ТАНЦЫ ВОКРУГ МОГУЧЕГО ЧЛЕНА
«Наша борьба уносит ж изни лучш их,
А т е. к т о ост ался, продолж аю т наш у войну.
Наша верност ь зовет ся арийская честь —
За белы х дет ей и за наш у ст рану!»
Группа Vandal Rip. Дорога в Вальгалпу.
«Когда меня зачастую спрашивают: «Ну, хорошо, а
в чем реально заключается ваша программа?» - я
имею возможность указать на наших простых доб-
рых парней из SA и сказать: «Это и есть знаменос-
цы нашей программы.
.. которая гласит: Германия!
Все принципы, которые служат подъему и сохране-
нию Германии, признаются как единственные в на-
шей программе. Все другие, которые могут вредить
Отечеству, отвергаются». Эти простые и добрые
слова Германа Геринга, министра юстиции и мар-
шала авиации, есть типичный образец нацистской
пропаганды. А как говорил коллега Геринга доктор
Йозеф Геббельс, «пропаганда не имеет ничего об-
щего с правдой». С ней очень трудно бороться, она
разжижает мозг, потому что бессмысленна. Во
фразе Геринга, к примеру, так ведь и не дается
прямой ответ на прямой вопрос: какова же все-та-
ки программа? - а имеется в виду политическая
программа национал-социалистической партии.
32
ПТЮЧ Connection 09 2001
предыдущая страница 26 ПТЮЧ 2001 09 читать онлайн следующая страница 28 ПТЮЧ 2001 09 читать онлайн Домой Выключить/включить текст