Письма без слов
«Любиша-а, ты куда?»
'I
«Я люблю, и всё тут!»
«Ход Слободана
к сердцу женщины»
«Моя печень после их раки»
(толи водки, толи самогона.
Ш Ш
но утверждают, что «раки» —
I
это водка)
«Действительно, без слов»
« Ещё и эта тема сюда
прибилась»
«Ежеутренние сообщения
хозяйке нашего пансиона»
«Свободное
времяпрепровождение»
«Пейзаж в черногорском
камне»
«Погружение в древность
фил алогического
сознания»
«Их любимое ругательство»
(«Печка матери )
боданом. Кайфуя от заманчивых огней в лагуне,
классной музыки и плавной езды на скорости 140
по горному серпантину, я даже не замечаю, во что
одет наш чемпион адвокат.
Выходим из машины. Слободан спешит впереди,
и тут:
- О-о! - приседает Ирина, - он же в драных шортах!
А сам нас с этими сборами на «бомонд» сколько
мучиться заставил!
- Ну хоть майку надел, - вздыхает Сергей.
Итак, мы попадаем на бомонд - выставку их худож-
ника, давно живущего в Париже. Графика на мятых
простынях. Вокруг дефилируют дамы - никакой бо-
гемной плавности в движениях. Сухопарые, высо-
кие и резкоплечие, скупые на улыбки, словно сол-
даты. А между ними вольными походочками выпи-
сывают круги весьма кокетливые мужчины, чем-то
напоминающие подростковую шпану.
Мелькают вроде бы понятные славянские слова,
но при переводе в твоей голове все переворачи-
вается:
«Поносно», - говорят они. Мы в шоке. Но это, ока-
зывается, «гордо».
«Баня» у них означает «курорт». Брод - корабль.
Враг - дьявол, черт.
Звучит слово «диван», - я оглядываюсь в поисках
дивана, думая, что предлагают присесть, но это
означает: «великолепно». Слышим «добити» - ду-
маем, что речь идет о войне. Нет, это всего лишь
«получить». «Долэ» - мы киваем, - «доля», сейчас
поговорим по душам о судьбе.
.. Ни черта! Нам по-
казывают вниз - там еще есть выпивка. Долэ -
вниз, внизу.
Сознание утягивает в темный омут праассоциаций:
выходит, что когда мы говорим «вот такая уж наша
доля», мы имеем в виду «вот такие наши низины,
вот такая наша опущенность».
.. А ведь и правда,
мы же обычно употребляем слово «доля» с нерадо-
стными интонациями.
И вдруг вновь вроде бы понимаю, что этот сликар,
художник, ну если не полный дуб, то дубок. Пос-
кольку сказано примерно так: Сликар - дубок. Ан
нет. Дубок - это глубокий. А «зид», вовсе не зад,
а стена. Изум - не изюм и не изумление - это изо-
бретение. Искорыстите - вовсе не проявление ко-
рысти - это означает «использовать». Опыт - у
них искусство. Нудити - нет, не нудить, а предла-
гать, угощать.
Ну все, «донудили» они нас! Голова идет кругом.
«Позориште! Позориште!» Да, киваем машиналь-
но, но уже боимся собственных догадок, и слава
богу, потому что они не говорят о позоре, а воскли-
цают: «Театр! Театр!»
Надеюсь, что и вы, прочитав этот краткий словарь,
решите, что легче выучить китайский, чем сменить
ассоциации, которые вызывают родные слуху сло-
ги. Да уж.
.. пора на одмор - нет, даже не на отмор
(совершенно не хочется умирать). Пора на отдых.
Слободан потерял свою машину. Ищем долго и с
приключениями. Слободан исчезает. Меня тянет
на что-то шумное. Самое нежное в мире вино «По-
шиб» наконец-таки прошиб мои мозги. Перевод-
чик Мирослав меня сдерживает и просит не выпен-
дриваться. Оказывается, в наших паспортах нет
никаких отметок о том, что мы прибыли в Югосла-
вию, - никакой регистрации! О. это родное
«авось».
.. В паспортах есть только отметка, что
вылетели из Шереметьева, но куда - неизвестно.
Потом будет отметка, что прибыли тоже в Шере-
метьево, а где были - по документам не узнать. Да
и какие тут могут быть документы, когда ксивы
значат здесь гораздо меньше, чем взгляд глаза в
глаза. Вот он - признак славянской ментальности.
Нас так бурно встречали в Сербии, что даже забы-
ли проштамповать.
Но Ира все равно дергается на полицию. Полиция,
как полагается при военном режиме, вооружена до
зубов. Я поднимаю камень с земли и говорю поли-
цейскому: «Бомба». С чувством юмора здесь все в
порядке, даже у них. Усмехаются и проходят мимо.
С тех пор, завидев полицейских, сразу шучу - в
этих шутках гарантия, что документов не спросят.
Слободан нашел свою арестованную за непра-
вильную парковку машину. Едем к нему, чтобы об-
мыть находку. Офис на втором этаже, крыша пер-
вого этажа служит огромной верандой. Выходим
на нее - море, звезды. У всех налито. Наш адво-
кат-чемпион оглядывается и восклицает: «Ой,
нужна закуска!» - и вдруг неожиданно резво, не-
смотря на свое пузико, перелезает через перила и
скользит по черепице. Его уже не видно. В голове
моей полный атас-с! Мне уже Сербия предвари-
тельно посносила крышу, а теперь.
.. Хочется крик-
нуть: «Хватит! Хватит сводить меня с ума своей не-
предсказуемостью!» Но лишь как завороженная
робко вопрошаю:
- Что он там делает? Что?!
- Разве не слышишь, по дереву лазит, - отвечает
Сережа Малютин, приняв позу ничему не удивляю-
щегося человека. С этими братьями славянами
только эта поза еще хоть как-то срабатывает за-
щитой от полной разборки твоей психики по дета-
лям реакций.
По шороху мы поняли, что Слободан закрепился
где-то между ветвей и шарит в листве.
- Что он там ищет? - не унимаюсь я.
- Может быть, колбасу? - предполагает Ирина.
Оглядываемся на переводчика. Мирослав гордо
(по-ихнему «поносно») ворчит: «У нас не поклоня-
ются колбасе, как у вас, у нас любят копчености».
- Ага, - догадывается Сережа, - он там копчено-
сти прячет.
64
ПТЮЧ Соппесііоп 09 2001
предыдущая страница 59 ПТЮЧ 2001 09 читать онлайн следующая страница 61 ПТЮЧ 2001 09 читать онлайн Домой Выключить/включить текст